«Последний оплот Сатаны». Почему загадочные сентинельцы не контактируют с внешним миром

Декабрь 23, 2018 - 11:21 пп Нет комментариев

Никто не знает, сколько их на самом деле. На каком языке они говорят — тоже неизвестно. Они живут на небольшом островке в Индийском океане с незапамятных времен. Человечество уже запускает зонды к Солнцу, а они с трудом добывают огонь. И, тем не менее, им пока удается избегать плотного общения с внешним миром. Потому что они убивают непрошеных гостей.

Нет тела — не закроешь дело

Индийская полиция формально продолжает расследование обстоятельств смерти 27-летнего миссионера из США Джона Чау, погибшего в середине ноября этого года. Миссионер, несущий слово божье, пытался обратить в христианство представителей племени, которым, возможно, само понятие божественного чуждо. Как впрочем, чужда им и наша, современная цивилизация.

Джон Чау пытался вступить в контакт с малочисленным племенем собирателей и рыболовов, обитающим на Северном Сентинельском острове (входит в группу Андаманских островов в Бенгальском заливе). Доступ на этот остров посторонним закрыт, но американец все же смог туда проникнуть. Чтобы завершить свой земной путь.

Чау заплатил рыбакам около 300 долларов, чтобы они доставили его под покровом ночи на запретную территорию. Как раз эти рыбаки и наблюдали спустя несколько дней, как обитатели Северного Сентинельского острова волокли его тело по пляжу, где и закопали в прибрежном песке.

Сейчас местные власти (Андаманскими островами управляет Индия) мучительно размышляют над проблемой — стоит ли пытаться забрать тело миссионера с острова. Проблема в том, что индийские чиновники не могут оформить свидетельство о смерти миссионера, не имея, так сказать, на руках его тела.

Защитники прав малочисленных народов и антропологи бьют во все колокола — у живущих в затворничестве жителей острова нет иммунитета против вирусов и инфекций, которые могут занести в этот затерянный мир непрошеные гости. А потому любые контакты с островитянами необходимо исключить.

При этом, стоит отметить, и сами жители острова жестко пресекали все попытки наладить с ними хоть какой-то контакт.

Печальная судьба «Первоцвета»

Зарегистрированное в Панаме судно с романтическим названием Primrose («Первоцвет») с грузом комбикорма для домашней птицы штормовой августовской ночью 1981 года наскочило на рифы в Бенгальском заливе (северо-восточная часть Индийского океана). Почти кораблекрушение случилось в нескольких сотнях метров от плоского клочка земли. Скупым украшением этого острова служили лишь пляжи с белым песком и густые джунгли.

Учитывая, что волнение не утихало, а судну ничего не угрожало, капитан принял решение шлюпки на воду не спускать, а дожидаться прихода помощи. И очень скоро «Первоцвету» действительно понадобилась помощь — оружием и боеприпасами.

Спустя несколько дней после неудачной встречи с коралловыми рифами вахтенный на «Первоцвете» заметил, что из джунглей вышла группа людей и направилась к берегу. Выглядели они точно не как спасательная партия — невысокого роста, крепкого телосложения, кучерявые и темнокожие. Но самое главное — на них не было никакой одежды, кроме набедренных повязок. Вид их был совсем недружелюбным — в руках они держали луки и копья, и все говорило за то, что они готовы пустить их в ход…

Вскоре радиооператор судоходной компании в Гонконге получил сигнал бедствия с «Первоцвета» с просьбой немедленно доставить на борт оружие.

«Дикари, числом более 50, вооруженные самодельным оружием, садятся в две или три деревянные лодки… Есть опасение, что на закате нас возьмут на абордаж. Экипажу угрожает опасность», — сообщал радист «Первоцвета».

Истории в жанре пиратского боевика не случилось — высокая волна не позволила аборигенам спустить лодки на воду и добраться до «Первоцвета», а ветер сбивал стрелы с курса. Тем не менее, экипаж судна, вооружившись ракетницей, топорами и обрезками труб, почти две недели нес круглосуточное дежурство, ожидая атаки дикарей 21 века.

В итоге, экипаж судна эвакуировали с помощью вертолета. «Это была самая странная миссия в моей практике», — вспоминал потом пилот вертолета Роберт Фор.

Корпус «Первоцвета», ржавеющий на рифах около Северного Сентинельского острова, можно и сейчас разглядеть на спутниковых снимках сервиса Google Earth.

Если дотянутся — съедят!

Возможно, вы читаете этот текст, стоя со смартфоном в переполненном вагоне метро в час пик. Но поверьте^ есть на нашей планете еще места, куда метро пока не протянули и где нет сотовой связи. Зачастую обитатели этих маленьких уединенных миров тщательно пытаются избегать любых контактов с современной цивилизацией и ее представителями. Ученые называют их «неконтактными народами». Именно с таким вот «неконтактным народом» и столкнулся экипаж «Первоцвета».

Об обитателях Северного Сентинельского острова известно очень мало. Но одно можно утверждать определенно — пришельцев из внешнего мира они воспринимают как прямую и явную угрозу. И действуют соответственно.

Известный путешественник Марко Поло описывал жителей Андаманского архипелага как «самую свирепую и дикую расу», у представителей которой головы, глаза и зубы как у собак.

«Они отличаются крайней жестокостью, и убивают и съедают любого иностранца, до которого могут дотянуться их руки», — сообщал автор знаменитого труда «О разнообразии мира», изданного в 13 веке.

Впрочем, многие критики считают, что многое в этой книге — чистая выдумка, а жителей этих островов итальянский купец описывал с чужих слов.

Гостеприимство обитателей Северного Сентинельского острова по полной испытал на себе экипаж индийского торгового судна Nineveh, потерпевшего крушение на рифах острова в 1867 году.

Восемьдесят шесть пассажиров и двадцать членов экипажа благополучно высадились на шлюпках на берег. Утром третьего дня они собирались позавтракать. Но трапеза была самым грубым образом прервана хозяевами острова.

«Дикари были абсолютно голыми, коротко стриженными, с носами, выкрашенными красной краской, они издавали какие-то звуки, похоже, что у их стрел были железные наконечники», — сообщал позднее капитан Nineveh. (Железо они, видимо, раздобыли из корабельных обломков, что прибивает к берегу волной).

Капитан в первые же минуты нападения дикарей позорно бежал, воспользовавшись шлюпкой. Спустя несколько дней его подобрал бриг, следовавший в один из портов Бирмы. Андаманские острова к этому времени уже принадлежали британской короне, которая устроила там исправительную колонию. А потому королевский флот быстренько организовал спасательную экспедицию.

По прибытии спасатели выяснили, что пассажиры Nineveh смогли отбить атаку дикарей, воспользовавшись палками и камнями. Коренные обитатели после этого на глаза не попадались…

Кстати, в 1896 году один из «обитателей» британской исправительной колонии, индус, бежал с Большого Андаманского острова на самодельном плоту. Продрейфовав порядка тридцати миль, он оказался на райских пляжах Северного Сентинела. Тело его нашли спустя несколько дней — с многочисленными ранами от стрел. Обитатели местного рая для верности ему еще и горло перерезали.

Но и почти сто лет спустя неконтактный народ по-прежнему не желал идти на контакт…

Весной 1974 года Северный Сентинельский остров посетила представительная делегация — съемочная группа, работавшая над документальным фильмом «Человек в поисках человека», несколько антропологов и фотограф из журнала National Geographic. Группу сопровождали вооруженные полицейские.

Их присутствие оказалось весьма кстати.

По слова ученых, план заключался в том, чтобы наладить контакт с аборигенами с помощью большого количества подарков. Выяснилось, впрочем, что местные жители не знакомы с современными концепциями дружбы.

Пока моторная лодка с делегацией из XX века пробивалась через коралловые рифы к берегу острова, из джунглей вышли несколько представителей Каменного века. Антропологи попытались жестами продемонстрировать свои добрые намерения. Островитяне ответили градом стрел. Причаливать пришлось вне зоны досягаемости местных лучников.

На берег сошли полицейские, которые и разложили на прибрежном песке подарки: пластмассовый автомобильчик, несколько кокосовых орехов, связанную свинью, куклу и набор алюминиевой кухонной посуды.

Потом они вернулись в лодку и стали наблюдать за реакцией аборигенов.

Реакция не заставила себя ждать — град стрел. Одна из них попала режиссеру съемочной группы в левую ногу. Было видно, что автор меткого выстрела крайне доволен результатом — он с гордым видом уселся в тени деревьев. Его соплеменники в это время копьями добивали свинью и куклу. Их они похоронили в прибрежном песке. А вот посуда и кокосы им понравились.

В 2006 году встреча с хозяевами Северного Сентинельского острова печально завершилась и для двух рыбаков-индусов, чью лодку прибило к этому берегу. Туземцы закопали их тела в неглубоких могилах на пляже, как потом рассказывали товарищи рыбаков. Прилетевший на место инцидента вертолет береговой охраны Индии аборигены попытались обстрелять из луков. В итоге, тела там так и остались.

Здравствуй племя, младое, незнакомое!

Ученые полагают, что обитатели Северного Сентинельского острова, как и другие племена, населяющие Андаманский архипелаг – это прямые родственники тех Homo sapiens, что покинули колыбель человечества — Африку — более 60 тысяч лет назад.

Некая группа «людей разумных» отделилась от основного потока и перемещалась по берегу современной Индии, пока и не осела на Андаманских островах, еще до того, как повышение уровня Мирового океана отрезало острова от азиатского континента. Здесь они и жили в изоляции несколько десятков тысяч лет.

В самом Андаманском архипелаге насчитывается 572 острова, но только 38 из них населены. Официально на островах живет (помимо пришельцев с Большой земли) шесть племен — Великое андаманское, Джарава, Никобарское, Онге, Шомпен и — Сентинельское. В племени Джарава осталось порядка 380 человек. Сколько людей живет на Северном Сентинельском острове никто точно не знает. По очень приблизительным подсчетам — от 15 до 100 человек.

Язык их не имеет ничего общего с языками других народов мира. Как они себя именуют и как называют свой мир — неизвестно. Авторство названия Северный Сентинел (Sentinel — страж по-английски) принадлежит англичанам, которые в 1771 году проплывали мимо и видели на берегу острова многочисленные костры.

Кстати, как удалось выяснить в ходе немногочисленных мирных контактов с этим племенем (и такое тоже было!), добывать огонь они не умеют, а сохраняют угли в дуплах деревьев после пожаров, спровоцированных молнией. Одежды они не знают, впрочем, как и украшений.

В их меню — фрукты, рыба, мед, дикие свиньи и яйца черепах и чаек. Рыбу они ловят с примитивных добленых лодок, не заплывая за рифы, с помощью луков и стрел. Это же оружие они используют, чтобы отвадить от острова непрошенных гостей.

Естественно, возникает вопрос, каким образом сентинельцам удавалось избегать внимания внешнего мира?

Возможно, им помогла сама мать природа.

Площадь Северного Сентинельского острова — всего порядка 70 квадратных километров и расположен он вдали от основной группы островов. У него нет природной гавани, и он окружен коралловыми рифами.

В этих рифах есть несколько проходов, но большую часть года они недоступны для навигации — в сезон муссонов с апреля по ноябрь слишком высокая волна. А вот с декабря по апрель волна спадает. И вот тогда-то на остров теоретически и можно попасть.

Неустойчивая связь

Индийские власти в 1970-80-хх годах прошлого века предприняли несколько десятков попыток наладить с жителями острова некое подобие диалога.

Иногда экспедициям приходилось бросать якорь метрах в 400 от берега — и наблюдать, как туземцы демонстрируют готовность пустить в ход луки.

Иногда гостям удавалось высадиться на берег и оставить там подарки для хозяев — мешки с кокосами, бананами и металлическими заготовками, из которых можно было бы делать наконечники для стрел. Иногда гости привозили более замысловатые подарки — зеркальца, красные ленты, резиновые мячи.

Иногда аборигены делали знаки, которые можно было расценить как дружелюбные.

А иногда дружно разворачивались к гостям спиной и делали вид, что испражняются.

Бывало и так, что племя выскакивало из леса, забирало подарки, а потом осыпало гостей градом стрел.

С одной из таких экспедиций однажды отправился высокопоставленный офицер индийских ВМС. Когда надувная лодка с этим моряком на борту приближалась к берегу, сентинельцы вышли из леса. Офицер встал и, размахивая руками, начал им кричать на панджаби «Привет, привет, я ваш друг!». Буквально спустя секунду в металлический лист, который перед ним держал один из членов экипажа, ударила стрела.

Впрочем, был в истории контактов жителей Северного Сентинельского острова с внешним миром и светлый эпизод.

«Первый дружественный контакт с сентинельцами» — с такой шапкой 8 января 1991 года вышла главная газета архипелага The Daily Telegrams.

«Четырьмя днями ранее правительственная контактная группа посетила Северный Сентинельский остров, это была первая подобная экспедиция более чем за год. Поначалу, когда антропологи, полицейские и чиновники подошли к берегу на моторной лодке, они никого не увидели на берегу», — сообщала газета.

«Затем, наконец, несколько сентинельцев вышли из кустов и начали жестикулировать, видимо, пытаясь показать исследователям, что им нужны подарки. Лодка двинулась вдоль пляжа в безопасное место. Один из членов экипажа выпрыгнул из лодки, чтобы выгрузить мешок с кокосами.

Как обычно, сентинельцы бросились, чтобы схватить его. Но впервые у аборигенов, подошедших к кромке воды, не было оружия, — только сетчатые корзины и подобие топоров с железными наконечниками, которыми они иногда рубили кокосы. Осмелев, пассажиры лодки разорвали еще один мешок с кокосами и бросили их в воду.

Пятеро сентинельцев поплыли за орехами, а другие вытащили одно из своих каноэ. Члены контактной группы жестом пригласили их подойти поближе, но туземцы занервничали и вернулись на берег…»

Враждебность — вовсе не природное качество сентинельцев, они агрессивно ведут себя, потому что не чувствуют себя в безопасности, считают многие антропологи. И им действительно стоит опасаться контактов с нашей цивилизацией.

Гонорея шагает по островам

Британские джентельмены приступили к колонизации Андаманских островов следуя инструкциям, что с аборигенами нужно обходиться, проявляя «максимум гуманности и сдержанности». Выглядела эта «сдержанность» иногда весьма специфически.

Колонизаторы использовали такой метод демонстрации достижений западной цивилизации — похищали членов племени и удерживали их в течение нескольких недель. В 1880 году британский морской офицер Морис Видаль Портман таким образом вывез с Северного Сентинельского острова двух взрослых аборигенов и четверых детей.

Пленники «быстро заболели«, писал он позже, »и старик с женой умерли, так что четверо детей были отправлены домой с большим количеством подарков».

Действительно, как научить их достойному поведению, если у аборигенов нет такого понятия как частная собственность? И как научить их математике, если в их словаре нет терминов обозначающих числа более трех?

А потом начались эпидемии … Пневмония, грипп, гонорея. Считается, что в 1858 году на Андаманских островах проживало порядка 5 тысяч аборигенов. В 1931 году их насчитывалось уже 460.

Последние два десятилетия индийские власти уже не снаряжают экспедиций с подарками на Северный Сентинельский остров. Сентинельцев просто решили оставить в покое. Отчасти, на это решение повлиял печальный опыт контактов с другим воинственным племенем, проживающим в резервации на Андаманских островах — джарава.

В конце 90-ых годов это племя охотников и собирателей, до этого старавшееся избегать плотных контактов с внешним миром, вышло «в свет». Тут же среди членов племени вспыхнула эпидемия кори. С 2004 года индийские власти придерживаются в отношении джарава политики невмешательства в их дела и не делают попыток приобщить их к цивилизации.

Другая печальная иллюстрация последствий диалога цивилизаций — местное племя онге, которое больше не охотится и не ловит рыбу, а полностью зависит от продовольствия, поставляемого властями.

Право на спокойствие

Многие комментаторы в индийской прессе высказывали мнение, что наказывать аборигенов за убийство Джона Чау нельзя.

«Их отношение к внешнему миру прекрасно укладывается в понятие самооборона», — писал один из индийских антропологов.

Кстати, уже на уровне ООН все договорились, что «неконтактные народы» (а они встречаются и в Латинской Америке и на островах Тихого океана) имеют право на самоопределение и автономию. То есть, право на то, чтобы их оставили в покое.

Дискуссия разгорелась и в миссионерских кругах — насколько далеко можно зайти в прямом и переносном смысле, пропагандируя христианскую веру? Покойный миссионер, кстати, задавался вопросом, не являет ли собой Северный Сентинельский остров «последний оплот Сатаны»?

Некоторые эксперты припоминают, что в 1956 году печальная судьба постигла пятерых американских миссионеров, пытавшихся установить контакт с племенем индейцев в Эквадоре. «Проблема в чем заключается. Как вы можете понять: вы рискуете, потому что Господь ведет вас, или же вы просто с катушек съехали?», — задается вопросом один из экспертов по истории американских христиан.

В цивилизованном мире далеко не все разделяют стремление миссионеров нести христианское учение первобытным народам. «Наш дорогой друг Джон принял мученическую смерть на Андаманских островах…», — написал один из его коллег у себя в Инстаграмме. Злые комментарии не заставили себя долго ждать. «Мученик???? Это просто мудак, который поставил под угрозу жизнь других людей», — написал в комментариях под постом один из жителей 21 века.

Текст: Алексей Баусин

Источник: info24.ru

Оставить комментарий

Вы должны быть зарегистрированы чтобы оставить комментарий.