«Приказала раздеться догола и копать себе могилу». История нечеловеческой жестокости женщин на югославских войнах

Декабрь 19, 2018 - 5:22 дп Нет комментариев

В войнах на территории бывшей Югославии в конце прошлого века принимали участие тысячи женщин. Некоторые из них были осуждены за жестокие преступления. Однако роль женщин, примкнувших к боевым подразделениям, часто упускается из виду.

Инфо24 публикует несколько эпизодов из югославских войн, которые доказывают: у войны нет ни лица, ни пола.

«Толкнула в кучу навоза, ударила лопатой и заставила петь песни»

В ноябре этого года суд Белграда приговорил воевавшую на стороне боснийских сербов Ранку Томич к пяти годам заключения за участие в пытках и убийствах 18-летней медсестры армии Боснии Кармен Каменчич в 1992 году. Дело было необычным не только из-за крайней жестокости содеянного, но и потому что и преступник, и жертва были женщинами.

Согласно обвинительному заключению, Каменчич захватили бойцы из подразделения Томич, затем ее отвезли в город Радич. Томич приказала пленной раздеться догола и ползать по земле, а затем копать самой себе могилу.

Ее сослуживцы били девушку палками, отрезали мочку уха, обрили ей голову и вырезали ножом крест.

Томич толкнула жертву в кучу коровьего навоза, ударила ее лопатой и заставила петь сербские песни. После этого Каменчич застрелил один из участников отряда.

В большинстве сообщений о войнах на Балканах женщины, в основном гражданские, фигурируют в качестве жертв. Однако многие присоединялись к военизированным подразделениям.

Их точное число не подсчитано, однако известно, что только в рядах армии Боснии и Герцеговины было 5360 женщин. Часть из них занималась логистикой, но были и те, кто входил в боевые подразделения.

Судебные процессы по военным преступлениям, такие как дело Ранки Томич, показали, что женщины могут быть виновными в самых страшных злодеяниях.

Первая леди МТБЮ

Бывшая президент Республики Сербской (территориального образования в Боснии и Герцеговине с сербским большинством) Биляна Плавшич — единственная женщина, обвиненная и осужденная Международным трибуналом по бывшей Югославии (МТБЮ).

Ей были предъявлены обвинения в геноциде, соучастии в совершении геноцида, истреблении населения, убийствах и других преступлениях против человечности, совершенных во время войны в Боснии и Герцеговине.

Она признала себя виновной в преследовании несербского населения по политическим, этническим и религиозным мотивам, и получила 11 лет лишения свободы.

Однако, отбыв срок наказания и переехав в Белград, Плавшич сделала серию заявлений, в которых утверждала, что невиновна. Она говорила, что призналась в военных преступлениях ради смягчения приговора, так как опасалась, что ее осудят в любом случае.

Исследования профессора Елены Суботич из Университета штата Джорджия свидетельствуют о том, что к женщинам — военным преступницам относятся иначе во время и после процесса, нежели к мужчинам.

«Дело Биляны Плавшич интересно тем, что не так просто определить, обусловлен ли оказанный ей после освобождения теплый прием в Сербии и Республики Сербской тем, что она сербка, или тем, что она женщина» — говорит профессор.

Сам процесс над Плавшич можно назвать уникальным. На сегодняшний день ни одна женщина, кроме нее, не была приговорена Международным уголовным судом. А единственной женщиной, на которую МУС выписал ордер на арест, сейчас является бывшая первая леди Кот Д’ивуара Симон Гбагбо.

Ее подозревают в преступлениях против человечности, которые были совершены во время волнений в этой африканской стране в 2011 году после президентских выборов. Тогда погибли около 3 тысяч человек и около миллиона стали беженцами, а в конфликт пришлось вмешаться войскам ООН.

Предстанет ли она перед Международным уголовным судом — большой вопрос. В 2015 Гбагбо была приговорена на родине к 20 годам заключения за «попытки подорвать безопасность государства».

«Азра-Два ножа»

Есть ряд ряд случаев, когда женщины были осуждены местными судами за преступления во время войн в бывшей Югославии. Однако таких дел существенно меньше, чем мужчин.

По словам сотрудницы Белградского центра политики безопасности Майи Бьелош, это объясняется тем фактом, что женщины в основном не занимали высоких политических и командных должностей. Они участвовали в операциях вооруженных подразделений, а также обеспечивали логистическую поддержку и так далее.

Одной из немногих женщин, которых судили в Сербии за военные преступления была Нада Калаба. Она получила девять лет лишения свободы за преступления, совершенные на ферме Овчары близ города Вуковар в Хорватии. Эти события вошли в историю как Вуковарская резня.

Калаба была одной из 18 обвиняемых в причастности к убийству более чем 250 человек.

Тогда, в 1991 году, после падения обороны Вуковара спустя почти 90 дней сербской осады, часть жителей города были вывезены на ферму Овчары, превращенную в лагерь для военнопленных. Защитники города, в основном раненые, и члены их семей были казнены бойцами Югославской народной армии и сербскими добровольцами. Их тела были сброшены в яму и зарыты.

Есть и другие примеры осуждения женщин за военные преступления на территории Хорватии.

Сладяна Корда была приговорена заочно Вуковарским окружным судом к восьми годам тюремного заключения за военные преступления против гражданских лиц.

Корда входила в группировку сербских военизированных формирований и войск Югославской народной армии, которые были обвинены в убийствах, применении насилия и грабежах несербского населения в Вуковаре, Стайцево и Сремске-Митровице в ноябре-декабре 1991 года.

Жительница Вуковара Иванка Савич, не имевшая отношения к вооруженным подразделением, также была приговорена за военные преступления против гражданских лиц к четырем годам лишения свободы.

Она доносила на хорватов сербским войскам, а также участвовала в запугивании, преследовании и издевательствах над хорватами. Приговор был вынесен в 2004 году, когда Савич было 77 лет.

Но, вероятно, наибольшее количество приговоров и продолжающихся разбирательств по военным преступлениям, в которых были замешаны женщины, можно обнаружить в Боснии и Герцеговине.

Азра Башич, экс-член Совета обороны Хорватии, была приговорена к 14 годам лишения свободы за преступления против сербского гражданского населения в городе Дервенте в 1992 году. Она была экстрадирована в Боснию и Герцеговину из США, куда бежала сразу после окончания войны.

Во время боевых действий Башич дали прозвища «Азра-Два ножа» и «Кровавая Азра» за невероятную жестокость ее преступлений.

Оставшиеся в живых пленные из лагерей под ее командованием рассказывали, что она заставляла их слизывать кровь с сапог убитых военных, есть югославские банкноты, целовать хорватский флаг и ползать по битому стеклу.

Согласно показаниям в деле, она вырезала ножом крест и букву S на спинах и лбах пленных, сыпала соль на их раны и приказывала слизывать, била их по гениталиям и угрожала отрезать их.

Свидетели по делам о других военных преступлениях во время войн на Балканах также рассказывали о звериной жестокости некоторых женщин.

Альбина Терзич, бывший член Совета обороны Хорватии, была приговорена к трем годам тюремного заключения за то, что издевалась над сербскими гражданскими лицами в лагерях в Оджаке на севере Боснии и Герцеговины.

Она, в том числе, заставляла их вступать в половые отношения друг с другом. Один из свидетелей утверждал, что Терзич заставила его заняться сексом с психически больной женщиной-заключенной.

Монику Каран Илич, которая в 1992 году была осуждена на четыре года за пытки пленных и жестокое обращение с представителями несербского населения, называли «монстром с лицом ребенка» — во время совершения преступлений ей было всего 17 лет.

В суде бывшие пленные рассказывали о жестокости преступлений Илич, упоминая заливание кислотой открытых ран, нападение на заключенных с горлышком от пивной бутылкой и сексуальное насилие.

«Я горжусь собой. Я была там, где не рискнул бы оказаться мужчина. Я горжусь тем, что боролась за мою страну, чтобы никто ее не забрал», — говорила она в суде.

Илич после утверждала, что видела, как издеваются над заключенными в лагере, но утверждала, что не принимала в этом участия.

«Мне жаль этих людей, я не считаю, что они не страдали, и об этом я говорила во время дачи показаний. Я видела, как их избивали днем и ночью, но я не несу за это ответственности. Я не причиняла им вреда и не могла их отпустить», — утверждала она.

«Мужская работа»

Описанные выше случаи ясно показывают, что женщины более чем способны совершать военные преступления, хотя общественность не привыкла видеть их в этой роли.

Как поясняет Майя Бьелош, война рассматривается прежде всего как «мужское дело».

«Политика безопасности является по большей части вотчиной политиков-мужчин, пятизвездных генералов и служб безопасности, где доминируют представители мужского пола. Активная роль женщин в вооруженных конфликтах либо игнорируется, либо сводится к восприятию их как жертв», — говорит она.

Между тем, дело Биляны Плавшич показывает, что женщины, занимавшие руководящие посты и осужденные за военные преступления, оцениваются не так, как мужчины в аналогичной ситуации.

«Существует устойчивое патриархальное убеждение, что женщина не может быть по-настоящему главной, а следовательно ответственной».

Мир не готов поверить, что женщина была автором политики, приведшей к геноциду», — считает профессор Суботич.

Из-за стереотипов, которые существуют в современном обществе, Плавшич воспринимается, скорее, как обычная бабушка, нежели инициатор геноцида, несмотря на весь ее фанатизм и расистские склонности, уверена Суботич.

Женщины, конечно, гораздо чаще становятся жертвами, чем военными преступниками, но дело Бильяны Плавшич и те, которые, возможно, последуют за ним, должны показать, что на подобные злодеяния способны не только мужчины.

Текст: Jovana Prusina / Юлия Царенко (перевод)

Источник: info24.ru

Оставить комментарий

Вы должны быть зарегистрированы чтобы оставить комментарий.